Ван Торенс умел, сообщая подробности предстоящего задания, таинственным образом подбодрить икс-комовцев, вселить уверенность в себе и в товарищах. Казалось, сил добавляется только от его привычного голоса. Все, как один, оперативники, застыли и затаили дыхание, глядя на экран над дверью в пилотскую кабину.
– В районе высадки много зелени, поэтому высока вероятность засад, а также псионических атак с близкого расстояния. Поэтому не спешите: не торопясь и тщательно вылизывайте каждый метр земли под колпаком. Впереди себя гоните танк – слышишь, Стив?
МакМаннаман утвердительно кивнул. Понятно, танк под контроль сектоидам не взять, сколько не тужься. А уж по целеуказателю потом можно выкосить всех головастиков, сколько бы их ни было…
Если сектоиды не приготовили никаких особенных сюрпризов, бой обещал быть равным.
– Далее, – продолжал ван Торенс. – Психотронщики говорят, что ментальные атаки сектоиды и этериалы могут производить только в случае, когда видят противника. Жертву. Стало быть, нужно пореже попадаться им на глаза. Противостоят их психоудару разные люди по разному, это зависит от врожденных качеств каждого отдельного человека. Поэтому особую осторожность нужно соблюдать тебе, Пир. Похоже, у тебя самая низкая сопротивляемость.
Пир мрачно кинул.
Ван Торенс говорил без перерыва, пока не вмешался Валерка Смолянинов.
– Снижаемся, икс-команда! Десятиминутная готовность.
«Рейнджер» заметно нырнул, опуская нос к земле. Пир, чувствуя легкий шум в голове, опустил руку на зафиксированную в держателе хэви плазму.
В иллюминаторы рвалось летнее испанское солнце. За бортом – жара, но внутри «Скорлупы» икс-комовцам будет жарко вовсе не от температуры.
– Ладно, ребята! Удачи! – сказал ван Торенс на выдохе. – Надо выползать из черной полосы…
«Рейнджер» завис над полупустой автостоянкой, обратив жерла посадочных турбин вниз. Неистовый вихрь подхватил пыль и мелкий мусор, которого везде хватает, и швырнул в стороны. Тугие колеса самолета коснулись шершавой поверхности и приняли на себя вес стальной крылатой сигары. Лязгнув, откинулся трап.
– Начали! – рявкнул Завадски, вскакивая на броню танка и бросаясь в яркую, как восклицательный знак, щель между приоткрывшимся трапом и бортом «Рейнджера».
– Ни фига! – изумился Дориго и тоже вознамерился вскочить на танк, но в этот же момент МакМаннаман тронул матово-черный пестик мувера у себя на пульте и танк выскользнул наружу. Дориго запнулся и упал на спину. Пир, Воронин, Гейслер и Язерский успели соскочить на асфальт; Пеев застыл на какое-то мгновение в темном проеме десантного люка. Дальнейшее походило на огненный кошмар.
Из-за темно-фиолетового «Феррари» показался сектоид, направив на «Рейнджер» раструб пузатого коричневого шара с маленькой рукояткой. И нажал на спуск. Внутри «Рейнджера» оглушительно грохнул шоковый разрыв. Чукарин, Самусенко, сам Пеев, так и не успевший подняться Дориго, Шадрин и Стив МакМаннаман тотчас выбыли из игры. Болгарин рухнул на покатые сходни трапа, в кровь разбив лицо; Чукарин и Самусенко повалились в проходе меж кресел; Шадрин, кувыркнувшись, упал на асфальт у самой стойки шасси; Дориго остался лежать за низким порожком, бессмысленно глядя в летнее небо; а дистанционщик навалился лицом и грудью на свой утыканный рычажками пульт. Лишенный управления танк косо, даже как-то бочком, заскользил над автостоянкой в сторону и спустя полминуты был расстрелян поднявшимся над оградой одного из коттеджей кибердиском. Шесть плазменных импульсов нашли слабину в броне танка и он расцвел белой, как японская хризантема, вспышкой.
Сектоида с шокером сразу после первого выстрела снял Ник Завадски. Плазменное ружье извергло троекратную смерть и головастик, отброшенный на несколько метров, выронил свое оружие и успокоился на асфальте в луже зеленоватой крови. Подстегнутый алкоголем Пир сорвал с пояса взрывпакет и скользнул через дорогу, к ограде, из-за которой взмыл вражеский кибердиск. Расстреляв танк, робот пришельцев вновь спрятался за оградой, над которой нависали пушистые ветви стациналии, усеянные парными, похожими на человеческие кисти, листьями.
– Рассыпались, ребята! – скомандовал Завадски. Никто из пятерки уцелевших не потерял головы и не впал в панику. Наоборот, всех захлестнула тугая волна злости и ненависти. Любой, кто взглянул бы на них со стороны, понял бы: пощады головастикам сегодня не будет. Как, впрочем, и всегда.
Пир подобрался вплотную к высокому бетонному забору. Где этот чертов кибердиск? Он прислушался. Было тихо, необычайно тихо для городской окраины, только где-то вдалеке несколько раз подряд выстрелили из плазменного ружья да пронзительно закричала женщина. Пир прокрался вдоль ограды, активировал пакет и притаился на несколько мгновений.
Диск взмыл над бетонной преградой, приподняв ветви стациналии, и выстрелил по бегущему через автостоянку Матиасу Гейслеру. «Скорлупа» приняла выстрел, но немец не устоял на ногах и упал. В тот же миг Пир метнул взрывпакет через ограду и вжался в землю. Грохнуло, заложив уши, раз, другой. Сверху посыпалась колючая каменная крошка. Оторвав лицо от заросшей травинками полоски у забора, Пир взглянул. В ограде зиял внушительный пролом с рваными искрошенными краями. Из бетона торчали похожие на кости скелета арматурные прутья. В садике теперь чернело выжженное взрывом пятно; поверх сероватой пыли и пепла валялось несколько неопределенных обломков. И курился над этим едкий жирный дым.
– Кибердиску хана! – сообщил Пир, подползая к дыре в заборе.
– У нас еще два, – мрачно сообщил Завадски, прижатый к асфальту автостоянки. Слева от него высился «Скайрейнджер», справа отбрасывала куцую тень будочка смотрителя. В этой-то тени Ник и хоронился. Прямо перед «Рейнджером» из-за проволочной сетки раз за разом метали убийственные импульсы два сероватых кибердиска. Носовая обшивка «Рейнджера» медленно нагревалась.
Ник улучил момент и дважды выстрелил, но тут же вынужден был вновь распластаться на асфальте. Кибердиски перенесли огонь на него.
Войцех Язерский незамедлительно схватил оброненную Шадриным ракетницу, поймал ближний к себе кибердиск в квадратик прицела и всадил тяжелую ракету прямо в стык нижней и верхней броневых плит вражеского робота. Упруго толкнулся в уши расплющенный воздух. Кибердиск крутнулся на месте и, словно оброненная монета, свалился на асфальтовую дорожку, что вела к автостоянке от шоссе. Свалился, и, уже совсем не как монета, взорвался, сметая целый сектор проволочного заграждения. Второй кибердиск, рассекая белесый дым, скользнул прочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
